Romanov Vitaly (v_romanov) wrote in izdato,
Romanov Vitaly
v_romanov
izdato

Искусство зажигать звезды, или союз редактора и начинающего писателя

Как разглядеть в начинающем авторе будущего творца хитов? Что помогает это сделать? Точный расчет? Интуиция? Случайность?
Довольно часто начинающим приходится слышать от редакторов такие (или примерно такие) слова: “К сожалению, это нам не подходит. Ваш роман содержит большое количество фактических (варианты – логических, смысловых) ошибок”.
Рукопись летит “фф топку”, в “отсев”. Человек, испытав шок, оказывается на распутье. Бросить заниматься фигней? Попытать счастья в другом издательстве? Написать что-то еще, вдруг получится сильнее?
Меж тем, наличие или отсутствие логических ляпов не является критерием успешности произведения. Стоп! Речь не идет о том, что автор в тексте может городить все, что угодно. Речь о другом. Попробуем разобраться.
Все смотрели в детстве мультфильм про Чебурашку и крокодила Гену. Внимательно? В первой серии Чебурашка читает объявление на дверях телефонной будки (в которой живет): “Молодой кракодил хочет завести себе друзей”. Во второй серии Чебурашка по слогам читает объявление пионеров: «Все-ненужное-наслом-сабирем-металалом». В третьей серии Гена и друзья собираются строить школу потому, что Чебурашка не умеет читать и писать.
- Это же детский мультик! – скажет кто-то. – Как можно сравнивать?!
Ладно, берем фильм “Джентльмены удачи”. Побег из тюрьмы “криминальный квартет” осуществляет в бочке с цементом. Заметим, должны были удирать в пустой – специально подготовленной для побега. Но промахнулись. Попали “под раздачу”, в другой цементовоз. Обычный. Положа руку на сердце: кто видел, чтобы с цементного завода машина уходила полупустой? Полупустая машина и полупустая бочка прицепа? Нафига тогда нужен прицеп, если все умещалось (легко и непринужденно) в основную бочку? И где все это время находилась охрана лагеря?
Дальше. Попробуйте встать на скользкое дно, так, что по грудь окажетесь в вязкой жидкости. Помните, как мчалась по трассе машина? Представьте, каково было внутри бочки на поворотах и при торможении, когда жидкость приливала то к передней, то к задней, то к боковым стенкам. Люди постоянно падали, захлебывались. Сумев подняться – в первую очередь пытались прочистить рот (вымазанными цементом руками) – чтоб хоть немного воздуха заглотнуть. Какие там глаза! Какие ноздри! Вот уже новый поворот, и опять подвижная масса бьет в грудь, теряешь равновесие. Ищешь поверхность. Вопрос: сколько беглецов не сгинуло бы в этой кутерьме?
Шлем на дне озера (или реки). Если реки – вообще чудовищно. Огромный слиток золота спрятан где-то в проруби. Шлем, конечно, тяжелый, но “парусность” у него все же есть. Если прятали в реке – драгоценную реликвию просто утащило бы в сторону. Занесло илом. Если озеро – тоже вопрос. На глубине в метр не спрячешь: из проруби многие воду берут. А ну как ненароком зацепят?! Ведь шлему черти сколько хозяина пришлось дожидаться. Получается, нырять следовало зимой, в страшный холод, на два-три метра минимум. А то и больше. Да еще как-то закреплять шлем на дне (Якорем? Веревкой?). Вытаскивал шлем Косой. А вот прятал криминальный герой Леонова. Не иначе, с пудовой гирей нырял. Спортсмен отличный (это по ходу фильма постоянно подчеркивалось, заметили?). По страшному холоду - когда на морозе дышать трудно – сумел нырнуть, да еще в темноте, на приличную глубину, да шлем укрепил на дне. Да выход на поверхность нашел…
Продолжать можно долго.
Если б выпускающие редакторы рассуждали по принципу, описанному выше (“в вашем произведении очень много фактических ошибок”), народ никогда не увидел бы суперхита многих поколений.
- То ж комедия! – обидится искушенный читатель. – Сначала про мультфильм! Теперь про комедию! Неправильно это!
Хорошо. Не комедия. О жизни. «Ирония судьбы, или С легким паром!»
...Надя Шевелева (Барбара Брыльска) приближается к зданию Московского вокзала, чтобы купить билет Мягкову. Приближается... и входит в помещение железнодорожных касс на набережной канала Грибоедова (для непитерцев: расстояние между данными объектами – 40 мин пешком)...
Надя выходит из вокзала и топает до Исаакиевского собора (около часа пешком). Затем почему-то идет обратно – к Александринскому театру (хотя на Стрелку Васильевского острова следовало идти по другому – мимо Медного Всадника, потом через Дворцовый мост). Надя снова меняет вектор движения на противоположный. Побывав на Невском, топает в сторону Никольской церкви (затрудняюсь оценить временные затраты). В фильме героиня проходит сзади церкви, по Садовой улице, поворачивает на мостик возле часовни. Движется в сторону Невы. Переходит через реку либо по мосту Лейтенанта Шмидта, либо по Дворцовому. Оказывается на Стрелке Васильевского острова (куда могла бы попасть уже давно, от Исакия). От часовни Никольской церкви до “стрелки” - минимум 30-40 минут. Но если идти не торопясь... Ночью... При ветре...
Со “стрелки” героиня направляется домой. На несуществующую в Ленинграде 3-ю улицу Строителей. Зададимся вопросом: куда с крайней точки Васильевского острова могла пойти героиня? Ответ: только в район метро “Приморская”, это ближайшие новостройки. Но идти туда – более часа, довольно быстрым шагом.
Попробуйте оценить: как бродила по Санкт-Петербургу молодая хрупкая женщина, сколько времени на это у нее ушло? Четыре часа? Пять?! А ведь она потом домой пришла, но не рухнула без сил. Ее хватило на диалоги. И на то – в конце концов – чтобы полететь в другой город вслед за любимым. После бессонной ночи и сверхдлинной пешей прогулки.
Будь выпускающий редактор дотошным и педантичным человеком – страна осталась бы и без этого фильма, который люди в новогоднюю ночь вновь и вновь смотрят по ТВ. В десятый раз. В двадцатый. Хит? Безусловно.
- Да сколько же можно о фильмах?! – возмущению читателя уже нет предела.
Давайте о книгах. «Дюна» Фрэнка Герберта подойдет?
В самом начале книги проблемы Лето Атрейдеса начинаются в момент, когда предатель Юйе отключает генераторы, снимает защитный экран с дома...
Маленькое отступление. Вот, скажем, есть некая коммерческая организация, которая очень бережет свой корпоративный сервер. Там – важные данные. Что делают для защиты? Правильно! Ограничивают доступ в помещение. Обязательно - пароль на скринсейвер, чтоб никто с клавиатурой не баловался. Ставят источник бесперебойного питания (не дай Бог проблемы с электропитанием). Организуют RAID-массив (Т.е. в сервере стоит не один жесткий диск, а несколько. Когда пользователь записывает данные, они тут же дублируются. В случае сбоя первого жесткого диска - автоматом “поднимается” второй). Плюс, если питание выключили – UPS (источник бесперебойного питания) тут же начинает верещать, информируя всех, что перешел на внутренние батареи. Мол, спасайте ситуацию, парни.
А у Фрэнка Герберта ключевым элементом обороны дома (в период военных действий, замечу) является генераторная комната, в которую может войти любой посторонний – непричастный к защите здания(!!!), без аутентификации и паролей получить доступ к самому-главному-рубильнику (!!!) и выключить его так, что не заверещит никакая тревожная система (!!!). Между прочим, Герцог Лето таким чудовищно странным образом защищал не важные для себя данные или файлы, а собственную жизнь. Плюс жизни супруги, сына и еще кучи людей. Будущее собственного рода... А ведь с этого все неприятности Атрейдесов и начинались! Эх, куда смотрел редактор, когда дал разрешение на печать романа? Ответ прост: он нашел в тексте другие достоинства. И получился цикл романов, ставший чем-то вроде настольной Библии для многих.
Или, вот черви песчаные. Они, как все помнят, с огромной скоростью передвигаются под песком. Чудовищные создания! В одном месте прямо говорится: длина – 110 метров, диаметр – 22 метра. Т.е., под песком передвигается нечто высотой с семиэтажный дом. Ползет с огромной скоростью. С такой скоростью, что существо, находящееся на поверхности, убежать не может. Червь быстрее. Возьмите штыковую лопату, воткните ее в песок, а потом попробуйте сдвинуть с места. Не вверх, а вбок – “лопастью”, будто гребете. Получилось? Нет?! Чего ж вы? Сопротивление материала, говорите? А вот у Фрэнка Герберта семиэтажные чудовища под песком носятся со скоростью поезда метро.
О “Дюне” можно говорить долго, о “Дюне” я писал большую статью, после которой был довольно горячий диалог с поклонниками романа. Запомнилась одна фраза: “Да, после прочтения статьи я на многое посмотрел по-другому. В романе есть некоторые странности. Но от этого “Дюна” не перестала быть моей любимой книгой!” Давайте запомним эту фразу. Она пригодится.
Ну и, наконец, “Дневной Дозор” С.Лукьяненко и В.Васильева.
Цитата:
“Штаб-квартира Светлых, расположенная на Соколе, замаскирована под обычный офис. У нас же и место куда приличнее, и маскировка куда веселее. В этом здание, где семь жилых этажей, а внизу расположены роскошные даже по московским меркам магазины, на три этажа больше, чем все полагают. Его ведь так и строили, как резиденцию для Дневного Дозора, и скрывающие подлинный облик здания заклятия вложены в кирпич и камень стен. Те, кто проживает в самом здании, а в большинстве своем это самые обычные люди, наверное испытывают какое-то странное ощущение, поднимаясь в лифте. Будто путь с первого этажа на второй длится слишком долго...
Лифт действительно идет дольше, чем положено. Ведь второй этаж на самом деле - третий, настоящий второй невидим, там размещаются помещения дежурных, оружейная комната, технические службы...
...Два верхних этажа будто придавливают здание тяжелой каменной шапкой”.
Возможно, не все знают: в доме, кроме лифтов, бывают еще и лестницы! Ну, хорошо, пусть никто из жильцов ни о чем не догадывается, потому что в камень стен вложены заклятия, скрывающие подлинный облик.
Вопрос: а уборщица, которая лестничные клетки моет, она как? Сразу с третьего этажа на первый попадает? Когда в доме электрики новые кабельтрассы мастерят, они куда провода протаскивают? Через Сумрак? Монтеры кабельного TV, когда отмерили кусок антенны и пропускают по щиткам, с третьего этажа на первый, не замечают, что провода не хватает?
А если жилец третьего (в реале – второго) этажа надумал вместе с жильцом первого водопроводный стояк поменять? На первом этаже потолок продырявили – цементную пробку разбили – это значит, и на третьем этаже пол разбит будет? Силой магии?
А гамно - если вдруг канализационные трубы прорвало – тоже заколдованное? Оно – из-за заклятий, скрывающих облик здания - потечет с третьего этажа на первый? Оно в Сумрак войти не может? Ну да, и сантехник не может, который придет, чтоб чинить аварию – с первого этажа на второй или на третий.
А еще два “секретных” этажа надеты на обычный дом сверху. Надо ли понимать, что у здания крыша плоская? Но плоские крыши обычно (время от времени) заливают битумом. Дабы не было протечек в верхние квартиры. Так и вижу полупьяных работяг, что бродят по крыше семиэтажного здания. То ли в Сумраке, среди вампиров, то ли еще как.
Так и вижу “правильного” редактора, который отправляет рукопись “Дневного Дозора” фф топку. За большое количество фактических ошибок. Нет больше ни знаменитого цикла, ни рекордных по бюджету фильмов.
Надо ли продолжать?
Существует хорошая армейская мудрость. Простите. Звучит она не совсем прилично. “До@баться можно и до столба”. Ага. Причем десятью различными способами. Было бы желание.
Захотели бы редакторы: не было б ни ”Дюны”, ни ”Дозоров”, ни фильмов, о которых говорилось выше. Потому что в каждом хите – свои тараканы. Нет вещи идеальной во всех смыслах. Это аксиома. Пожалуй, хватит примеров. Пора ставить точку.
Статья написана совсем не для того, чтоб поглумиться над вещами, милыми сердцам миллионов людей. Речь-то о другом. Об искусстве редактора. Об интуиции. О том, как зажигаются и НЕзажигаются звезды. Достаточно уйти от сути, и не будет автора. Просто не будет.
А в чем суть? Полагаю, суть в том, что редактор, оценивая произведение, должен совсем немногое. Не в логику закапываться – есть она/нет ее. Не в технические детали. По моему разумению, единственное, что следует оценить, это: найдет ли произведение отклик у читателя? Просто? Чертовски трудно!
Сложность заключается в том, что редактору необходимо абстрагироваться от своего опыта. Взглянуть на вещь так, как на нее будет смотреть читатель, имеющий другой experience. Значительно меньший опыт чтения, нежели у редактора. Другое образование. При этом потребитель готов простить автору многое, если только произведение будет ему (потребителю) близко, интересно (а редактор, чаще всего, не готов).
Не будет близко и интересно читателю – никакой “богатый язык”, “тщательно выписанные образы героев” и “хорошая внутренняя логика” не помогут.
Невозможно? Ни интуиция, ни логический аппарат не дают возможности вычислить новую звезду? И уж точно не следовало учить издателей – более опытных людей, вкладывающих деньги – как делать рынок, как вести бизнес? Да-да. Именно бизнес, и его успешность – независимо от сферы деятельности – зависит от инвестиций в производство, от себестоимости продукта, нормы прибыли, рентабельности, стабильности, рынков сбыта и проч.
Понятно, что есть технологии, позволяющие выделить книгу, которую в среднем-неплохо-будут-принимать-критики-и-как-бы-покупать-читатели. Понятно. Но ведь, чтобы выиграть по-крупному, надо делать венчурные ставки, не так ли? Это закон, действующий в любом бизнесе. Никакой личный experience этот закон не отменит.
Может, попробовать? Если автор бездарен – его уничтожат критики. Даже не столько критики, сколько молчание. Ignore со стороны читателя. Того, кому адресовано творение. Плохо сработал – не будут покупать. И все тут.
Короче, дайте человеку шанс. Даже если кажется, что незачем это делать. :)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 42 comments